К. Миллс - Зимний мир [ Зимний мир. Книга Брандеры. Книга Жанны]

— Лхарр такой хороший мужчина. Как жаль, что ему придется умереть.

— Да, он сделал ошибку, женившись на женщине столь легкомысленной.

— Герцог убил уже многих?

— Да, к сожалению. Многие из них были молоды.

— Халарек не юноша.

— Тем не менее я думаю, что у него не много шансов. Я видела герцога в турнире.

— Тогда почему он избегал дуэли до этого?

— Герцог не рискует без необходимости.

Я не могла больше выносить этого.

— Я иду к себе в комнату, — прошептала я Кит. — Приходи, когда сможешь, — Я выбежала из зала и прислонилась к стене. Карн предпочел умереть, сражаясь, а на эту битву будут смотреть ради собственного удовольствия!

Карн, Карн, что я натворила! Почему я была так слепа?

Я добралась до своей комнаты и бросилась на постель, стараясь прийти в себя, но у меня ничего не выходило.

О Боже, если Ричард убьет его, что тогда делать мне? Соберись, ты опять думаешь об этом. Дыши спокойно, отвлекись.

— Ларга, Ларга! — Донна трясла меня. Мы не могли прийти раньше. Что мы будем делать? — Я посмотрела на Кит.

Кит вздохнула.

— Ты знаешь, что по обычаю ты должна быть там, чтобы следить за боем. Но пройти через охранников Харлана нелегко. Хотя на закате ты можешь сесть во флиттер и улететь, оставив его одного.

— На закате. — Я закрыла лицо руками. До него осталось так мало времени. Кругом так много солдат, но видеть Карна умирающим…

— Кит, что значит аутранс, о котором говорили на заседании?

— Смерть. Для одного или двух — неважно. Кто-то должен умереть.

Я не могла удержаться от вопроса:

— Будет ли это Карн?

Кит посмотрела вдаль.

— Я могу надеяться, молиться, чтобы это был не он, но Ричард очень опытен, а у Карна плохо действует левая сторона тела от нанесенной убийцей раны. Это потребует от него невероятных усилий, и я не знаю, где он возьмет столько сил сейчас. Да и за что ему осталось бороться?

Владения разрушены, семья разобщена, у него едва хватает денег, чтобы прокормить людей даже после того, как он продал большую часть земли. Весь экспорт перешел к Харлану. Карн даже не верит, что ты еще принадлежишь ему. — Кит снова взглянула на меня, и ее глаза наполнились слезами. — Да, я думаю, он умрет.

Все происходило слишком быстро.

— Кит, не упрекай меня. Я не вынесу этого. Я писала ему, я плакала, а Карн не отвечал. Что могла я подумать кроме того, что он меня бросил?

Кит тряхнула головой.

— Я не могу понять, что было не так, но результаты были очень на руку Ричарду. — Она посмотрела на часы. — Я скажу тебе, что будет происходить, когда мы уедем. Мы должны подумать, как мы будем выбираться отсюда.

— Но что говорили об убийце?

— Он исчез, как и убийца Тана.

Люди Ричарда в нашем доме. И Карн был здесь один. Он готовился не только к тому, что его убьют. Он знал, что сначала последуют обвинения, и все это из-за меня.

— Кит, — теперь я могла говорить только шепотом, — сможет ли он любить меня после всего того, что я сделала ему?

— Пусть он сам ответит тебе, — Кит вручила мне магнитофон с пленкой. — Он сделал запись в последнюю ночь, в надежде, что ты не сможешь проигнорировать ее, как ты это сделала с другими.

Мои руки так тряслись, что я не сразу могла включить запись. Наконец пленка начала двигаться.

Его голос. После стольких дней без надежды.

— Дорогая Жанна, почему ты не отвечаешь на мои письма? Почему не хочешь вернуться домой? Ты говорила, что любишь меня только из мести? Я… — голос Карна пропал, наступила пауза. — Если ты так боишься иметь моего ребенка, я назначу наследника из кузенов. Только возвращайся! Ты нужна мне!

Глава двадцатая

Радость и грусть, растущее беспокойство о возвращении домой охватили меня одновременно. Он по-прежнему любит меня!

Надо вернуться к нему. Но не было причины попросить аббатису о разрешении уехать. Альба потребует письмо с печатью Карна, как законное требование моего возвращения в Онтар. Даже если мы с Кит убедим ее дать разрешение самой, нет никакой причины верить в честное исполнение его солдатами Харлана.

Я повернулась к своей золовке.

— Кит, перемирие давно закончилось. Как тебя пустили сюда?

— Член Совета Дюваль достал нам пропуска. Но их только два. Если тебя узнают, нет ни малейшего шанса попасть в Онтар.

— А если я останусь здесь?

— Солдаты Совета или Ричарда придут за тобой после дуэли.

После дуэли. Когда Карн будет мертв.

Тогда я попаду на экзекуцию. Смерть нам обоим по спланированному и разыгранному сценарию. Если я обречена, что бы я ни делала, я буду пробираться к моему мужу.

Я обернулась.

— Донна, на пропуске есть ваш портрет?

Донна достала пропуск. Осмотрела внимательно.

— Нет, миледи. Он для служанки леди Катрин фон Шусс.

Я взяла ее за руку и заглянула ей в лицо.

— Донна, я умоляю вас. Я не приказываю вам, это опасно. Не поменяетесь ли вы со мной одеждой, не останетесь ли здесь вместо меня? Если вы побудете здесь несколько дней, это будет безопасно. Если я останусь жива, мой лорд и я вернем вас домой. Но если я погибну, вас могут убить.

Кит кивала, соглашаясь. Донна все поняла. Она опустилась на колени и поцеловала мою руку.

— Ларга Жанна, я сделаю все для вас. Вы и Лхарр были первыми, кто обращался со мной, как с живым существом.

Я освободила руку.

— Если я останусь жива, ты станешь свободной женщиной, Донна.

Мы обменялись одеждой. Надо подождать смены караула, чтобы не заметили подмены.

Моя любовь на краю смерти, а я все еще так далеко.

Кит вздохнула с облегчением.

— Нам поможет зимняя темнота. Если мы полетим без огней, люди Ричарда заметят нас только у ворот площадки.

Оказывается, правда, что я читала о том, что слуг здесь не замечают. Донна поправила на мне одежду. Я была готова.

— Я смогу пройти?

— Что ж, — сказала Кит. — Ты словно собралась прыгнуть в котел. Но через месяц или два, проведенных дома, все пройдет, не так ли?

— О, Кит! — Я обняла ее. — Я писала Карну, но никто об этом не знал.

Ее улыбку как рукой сняло.

— Никто, кроме человека, взявшего письма, и Ричарда.

— Да, кроме них.

Кит смотрела на меня пристально.

— Ты действительно не в себе.

Солнце висело низко, но до последних лучей оставалось еще несколько часов. Мы провели их в тишине, каждая погрузилась в свои мысли. Мое волнение росло, но я предчувствовала избавление. Я что-то смогу сделать. Я напомнила Донне все предосторожности в поведении: накинутый капюшон, опущенное лицо, прогулки на виду у патруля. Я и Кит вышли в коридор. Все были в церкви.